30 сентября 2015

Some Factor, Possessed By Human Beings. Doctor Who: The Witch’s Familiar

The Witch's FamiliarВспомним Шерлока. Классическая история Артура Конан Дойля: коварный шантажист угрожает испортить жизнь сотням людей одним фактом своего существования. Злодей практически неуязвим — вся компрометирующая информация находится у него в голове. Нет никаких вещественных доказательств шантажа. Единственный человек, способный его остановить — величайший детектив на свете.

Что делает Шерлок? Пулевое отверстие в голове Чарльза Огастеса Магнуссена. Или Милвертона. С какой стороны посмотреть. В 2014 году решение моральной дилеммы, о которой величайшей детектив на свете даже не задумывался, сводя курок, вызвало некоторое недоумение у части аудитории сериала, однако у Моффата и Гэтисса есть отличный аргумент в пользу “пристрелить негодяя, и дело с концом” — не столько персонажный, впрочем, сколько текстуальный, основанный на мутных местах оригинального текста “Конца Чарльза Огастеса Милвертона”. Аргумент заключается в предположении, что Ватсон в рассказе выступает ненадежным рассказчиком, сознательно обманывающим аудиторию — никакой женщины с пистолетом на самом деле не было, Шерлок Холмс и доктор Ватсон вломились в дом короля шантажа и положили конец его злодеяниям, как настоящие герои.

И как текстуальные особенности оригинальных рассказов Конан Дойля позволяют Шерлоку Холмсу решить моральную дилемму Genesis of the Daleks в пользу убийства злодея, текстуальные особенности Doctor Who не позволяют Доктору разрешить древний вопрос Тома Бейкера. Совсем. Doctor Who — фундаментально детское шоу, главный герой которого никогда не сможет убить юного Давроса. Никто в здравом уме не придет к выводу, что субботним вечером британским семьям в обязательном порядке необходимо увидеть сцену, где Доктор хладнокровно убивает ребенка. В то же время Doctor Who — культовое шоу с полувековой историей существования и всеми прилагающимися особенностями культового шоу, в том числе — с культовыми злодеями. Даврос — такой культовый злодей, обреченный всегда возвращаться. Доктор никогда не сможет его убить потому, что “история с Давросом” — одна из специальных формул сериала, предназначенная для узконаправленного применения: в финалах сезонов и специальных эпизодах.

Поэтому исходный план Давроса — использовать моральную дилемму Genesis of the Daleks, чтобы украсть регенерационную энергию Доктора — не работает. У Доктора есть иммунитет против такого рода ловушек, обусловленный структурными особенностями шоу. Тогда злодей меняет тактику, обращаясь к другому аспекту личности персонажа. Единственная причина, по которой случился весь этот беспорядок — прошлогоднее заявление Доктора, что он лишь болван с волшебной синей будкой, который просто путешествует по вымышленным мирам и помогает людям, сыграло с героем злую шутку: Доктор пытался найти книжный магазин, а очутился на поле боя в самом сердце истории собственного сериала и наткнулся на своего величайшего врага. Сострадание привело его в ловушку, оно же его и погубит, решает Даврос.

Здесь стоит ненадолго остановиться и поговорить о сценарных приемах, которыми оперирует Стивен Моффат при создании двухсерийных историй. Стандартный трюк Моффата — использовать первую часть, чтобы запустить историю одного типа, а во второй преобразовать её в нечто совершенно иное. Исторический хоррор The Empty Child трансформируется в историю о торжестве сексуальной свободы The Doctor Dances. Имитация эпического финала Рассела Т. Дэвиса, The Pandorica Opens, обращается волшебной сказкой о натуре историй и силе памяти — The Big Bang. В The Witch’s Familiar прием достигает своего пика: исходная завязка переворачивается вверх дном чуть ли не раз в пять минут. На первых минутах эпизода мы получаем пародийный ситком в духе Curse of Fatal Death про коварную Мисси и излишне доверчивую Клару, наглядно демонстрирующий, почему у Мастера нет компаньона: безумец, согласившийся путешествовать с Мастером, не протянет и дня. “Доктор захватывает империю Далеков и случайно становится новым Давросом” не только символически продолжает клиффхенгер прошлой недели, но и сама по себе вполне приличная завязка для истории на пару эпизодов. Искушение Доктора моментальным геноцидом всех Далеков на Скаро — тоже. Как и “Даврос и Доктор становятся лучшими друзьями на смертном одре”. Но все скачки от завязки к завязке — лишь дорога к настоящей истории эпизода.

Hanged Clara

The Witch’s Familiar доверху заполнен оккультно-магическим символизмом. Ученица чародея Клара Освальд имитирует карту висельника Таро и играет роль фамильяра ведьмы Мисси. Мины в виде ладони с глазом. Змеи, символ искушения. “Still you play the fool”. Даврос эксплицитно называет регенерационную энергию Доктора магией. И здесь продолжается путешествие сериала в прошлое, начатое The Magician’s Apprentice — тема магии отправляет нас из эры Тома Бейкера к самому началу бесконечного путешествия — в эру Патрика Траутона, к сценариям Дэвида Уитакера, внедрившего мистические и спиритуальные темы в Doctor Who. У Уитакера был свой, особый подход к Далекам: пока остальные использовали монстров для создания динамичных, наполненных погонями и приключениями, историй, тот представил их мифическими трикстерами, коварными манипуляторами, искушающими людей фаустовскими сделками и заманивающими их в моральные ловушки.

Дэвис строил свои истории про Далеков на основе приключенческой модели Терри Нейшена — историй вроде The Dalek Invasion of Earth и The Daleks’ Master Plan, где Далеки — неостановимая разрушительная сила смерти и хаоса. Моффат на протяжении своего правления изо всех сил пытался успешно реализовать модель Дэвида Уитакера. Victory of the Daleks, Asylum of the Daleks, даже Into the Dalek — в разной степени неудачные попытки сделать тем или иным образом ремейк уитакеровской Power of the Daleks, первой истории Патрика Траутона. На этот раз, однако, он подошел к делу с другой стороны, вспомнив вторую телевизионную историю Уитакера про Далеков. Историю, которая должна была стать концом Далеков — и стала, по крайней мере на пять лет Траутона и Пертви. Историю, доверху заполненную оккультно-магическим символизмом.

Evil of the Daleks. И The Witch’s Familiar — магическая трансформация Genesis of the Daleks в Evil of the Daleks. История Терри Нейшена превращается в историю Дэвида Уитакера.

Ancient Magic

В Evil Далеки манипулируют Доктором, Джейми и богатым алхимиком, которому обещают раскрыть секрет превращения металла в золото, с целью обнаружить так называемый “человеческий фактор” и использовать его для того, чтобы синтезировать “фактор Далеков” — покорность и стремление к разрушению, а затем разнести его с помощью Тардис по всему миру, превратив людей в покорных рабов. В фамильяров Далеков. Доктор хитроумно оборачивает злодейский план против трикстеров: создает гибрид Далеков и людей, внедряя “человеческий фактор” в нескольких Далеков, а затем провоцирует войну между ними и настоящими Далеками, завершающуюся полным уничтожением Скаро. “Человеческий фактор” и “фактор Далеков” при этом, разумеется, проявления чистой магии, которые не имеют ни малейшего отношения не то что к науке, но даже к научной фантастике — ни того, ни другого на самом деле не существует, это лишь символы, управляя которыми можно изменять объект, будь то человек или Далек.

В The Witch’s Familiar Далеки под руководством Давроса пытаются выкрасть у Доктора его регенерационную энергию — чистую магию, силу жизни, вечного движения и изменения, и с её помощью переродиться, став могущественнее самих Повелителей Времени. Трюк Давроса совершенно потрясающий: независимо от решения Доктора, злодей в любом случае побеждает. Если Доктор принимает решение вонзить кинжал в тысячи спин — он терпит моральное поражение. Если отказывается помочь умирающему злодею, он признает правоту Давроса — и терпит моральное поражение. Если таки помогает — терпит полное и сокрушительное поражение, не только отдавая злейшим врагам свою магическую силу, но и наглядно доказывает, что сострадание — ошибка.

При этом Даврос абсолютно искренен. Он лишь использует собственную идеологию и мировоззрение в качестве крючка для Доктора, нащупывая общую почву для диалога — тему дома и расы. Благодаря аккуратному тексту Моффата и блестящему актерскому выступлению Джулиана Блича сцена искушения Доктора драматически прекрасно работает даже несмотря на то, что мы видим каждую ниточку.

Но практически все персонажи этой истории — трикстеры. В том числе и Доктор. В начале эпизода Мисси и Клара задаются вопросом, почему Доктор всегда выживает. “Он всегда уверен в своей победе”, — предполагает Клара, и она почти права. Доктор всегда уверен в своей победе исключительно потому, что сериал носит название Doctor Who, и он прекрасно об этом осведомлен. С какой бы угрозой тот ни столкнулся, на следующей неделе так или иначе будет следующий эпизод. А за ним следующий. А за ним еще один. И еще. И еще. И так до бесконечности. Неостановимый, бушующий поток историй. Вечное движение вперед. Регенерация. Прогресс.

“There’s no such thing as the Doctor. I’m just a bloke in a box, telling stories.”

И Доктор хитроумно оборачивает сущность истории против Далеков. Как мы заметили на прошлой неделе, перед нами история о прошлом, угрожающем сериалу смертью. Прошлое статично, мертво, и единственный способ его оживить — восстановить в памяти. Но даже тогда события останутся прежними, изменится лишь восприятие. И c обновленным восприятием можно сколько угодно вмешиваться в поток событий, но Даврос останется Давросом, Далеки — Далеками, а Genesis of the Daleks — историей Терри Нейшена в шести частях, отредактированной Робертом Холмсом.

Поэтому прошлое несет смерть сериалу: слишком долго прославляя былые подвиги, Doctor Who рискует остановиться навсегда, самовлюбленно глядя в зеркало времени. И фактор Далеков — противоположность прогресса. Далеки не меняются. Далеки не двигаются вперед. Все, кто не Далек — враг Далеков. Поэтому они терпят поражение. Статичные глупцы вознамерились похитить силу вечного изменения, противоречащую их натуре. Everybody lives! Магия Доктора возвращает к жизни прошлое Далеков. Но даже обновленные волшебной силой Повелителей Времени, Далеки остаются существами смерти и разрушения. Далеки убивают и ненавидят. Даже самих себя.

И их поглощает собственное прошлое.

История о конце Doctor Who трансформируется в историю о конце Далеков. Доктор по кусочкам восстанавливает уничтоженный в конце предыдущей серии фундамент сериала, используя систему HADS того же Траутона, которую мы последний раз видели в Cold War. Доктор и Клара Освальд в Тардис. Следующая остановка — везде.

Но прежде чем отправиться с Доктором и Кларой в двухсерийную историю Тоби Уитхауса, нам стоит обратить внимание на несколько неразобранных моментов.

Kill the Dalek

Мисси подходит ближе всех к разрушению Doctor Who, и под “Мисси”, разумеется, следует подразумевать Стивена Моффата. Момент, когда Мисси искушает Доктора убить Клару, находящуюся буквально внутри Далека — серьезный претендент на звание самой циничной сцены в истории Doctor Who. Как минимум это самая циничная сцена, когда-либо написанная Моффатом для сериала. Ничего удивительного — любая идея, ссылающаяся на Asylum of the Daleks, обречена оказаться торжеством цинизма. Моффат сознательно лишает Клару всех “докторских” способностей, продемонстрированных на прошлой неделе: реплика про “щеночка” специально вписана в сценарий The Magician’s Apprentice, чтобы запустить ситком Мисси и Клары в The Witch’s Familiar. Ситком в свою очередь существует лишь для того, чтобы построить фундамент для сцены мискоммуникации Доктора и Клары. Как и обновление данных по функционированию солонки Далеков. Сценарная механика четкая и понятная. Вопрос лишь в том, каких именно целей Моффат достигает этой сценой.

На первый взгляд, это момент из того же разряда, что и косплей Джеймса Бонда в Death in Heaven, КиберБригадир, Доктор с чашечкой чая или флэшфорвард-клиффхенгер прошлой серии. Смелые решения на грани наглости в духе Квентина Тарантино, которые, как кажется, присутствуют на экране, исключительно чтобы присутствовать на экране. На второй, однако, перед нами блестящий пример экзистенциального хоррора — полное подавление личности, когда имя “Клара Освальд” превращается в “Далек”, а любые слова, не являющиеся “Exterminate” — в “Exterminate!” Здесь, конечно, жирно подчеркивается идея размытых границ между понятиями “друзья” и “враги”, стыкующаяся с традиционной моффатовской темой зависимости всего — высказываний, позиций, сторон, понятий “друзья” и “враги” — от контекста. Silence will fall в одном контексте — жуткое пророчество, предвещающее смерть Доктора, в другом — спасительный гимн Вселенной, в третьем — догматический девиз культа Тишины. И фундаментальная контекстуальность всего на свете — очень, очень стоящая тема для разговора. Но на контрасте с неукротимым оптимизмом Доктора сегмент оставляет неприятное послевкусие, хотя, по всей видимости, так и задумано. Наконец — на третий и последний взгляд — сцена подтверждает слова Давроса про пророчество о гибриде, отправляя нас еще дальше назад, в пустоту — момент, когда у Doctor Who даже не было прошлого. И там, словно лавкрафтианское чудовище, дремлет новая угроза сериалу.

Но не будем забегать вперед. Будущее может подождать, а у нас осталось одно незаконченное дело.
Мы не определили человеческий фактор. Какой символ отчаянно искали Далеки в 1967 году? Что способно превратить металл в золото, а Далека — в человека? Как говорил Доктор во времена, когда носил лицо Патрика Траутона, “If you want the human factor, a part of it must include mercy.” И сегодня старый болван с тысячей лиц вспомнил ту забытую древнюю тайну, доказав, что прошлое — не однозначное зло, грязь в недрах земли. Прошлое можно использовать во благо. Все зависит от контекста использования.

Никакого Доктора в реальности не существует. Буквально. Доктор, как и все истории на свете, существует лишь в памяти зрителя. Он не более чем магический символ. Существуют актеры Патрик Траутон, Том Бейкер и Питер Капальди, которые произносят на экране реплики, написанные для них сценаристами Стивеном Моффатом и Дэвидом Уитакером. Существуем мы, зрители. Мы рассказываем друг другу истории. И Доктор знает об этом. Как же ему, бессмертному великому рассказчику и ожившей истории, не знать? Он рассказывает про доброту и милосердие, о том, что ярлыки не имеют значения, не Давросу, заложнику прошлого, который никогда не изменится, но нам. И в самый прекрасный день, если мы очень, очень сильно постараемся… мы все можем стать Доктором.


Pinterest
VKontakte

Оставить комментарий

Примечание: Если Вы хотите добавить аватар к своему комментарию, воспользуйтесь Gravatar. Просто зарегистрируйтесь там с тем же e-mail, который вы используете в комментариях. А также, Вы можете использовать такие тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>